«Чужой человек хочет с нами поселиться». За долги перед процентщицей продали полдома семьи минчан

0
718

Десять лет назад Марине понадобились деньги на лечение. Знакомые насоветовали «подругу» — женщина одолжила немалую сумму под огромные проценты. Рассчитаться с долгом у Марины и ее мужа Константина не получилось. И случилось то, что вообразить сложно — половину их дома судебные исполнители продали с электронного аукциона. Теперь к ним грозит вселиться посторонний человек.

Как работал счетчик долга

В истории много нюансов, приведем главные. Марина по образованию педагог, оформлена как ИП, ее супруг — врач, оба минчане. У пары есть свой дом — двухэтажный, кирпичный, такие сейчас называют «приветом из двухтысячных». Собственно, дом и приобрели в 2002-м, в кредит.

В 2008 году Марине на лечение понадобились деньги. Родственники насоветовали женщину, которая деньги одолжила — 19 тысяч долларов. Под 5% ежемесячно — это 60% годовых.

— До 2011-го, когда валюта исчезла из свободной продажи, мы платили только проценты, — говорит Марина. Отдала в валюте 19,9 тысячи долларов процентов. Погасить основной долг планировали в 2011-м, но — не осилили.

Ростовщица подала в суд в 2012-м. Было несколько судов, но итоговый решил: семья должна ростовщице и основной долг, и накапавшие к этому времени проценты — итого 41 800 долларов.

— Вот так получилось, взяли 19 тысяч, отдали 19,9 тысячи, остались должны еще 41,8 тысячи — невесело суммирует Марина.

Как сработали судебные исполнители

Дело ушло к судебным исполнителям Советского района Минска, они должны были истребовать долг. У мужа Марины отобрали и продали машину. Деньги — около 7,5 тысячи долларов — ушли на счет ростовщицы.

Судебные исполнители обязаны были разыскать, что еще можно продать. Запрашивали документы из БРТИ — оттуда приходили бумаги, что у Марины нет ничего, кроме ½-й невыделенной доли в общем с мужем доме на улице Малофеевской, на шести сотках.

В 2015-м судебный исполнитель сделал в своих документах отметку — должница Марина временно не живет в доме на Малофеевской.

— Дом строили в те годы, когда нормальные стройматериалы были в дефиците… В один год лопнули трубы, полетел котел — в общем, ему нужен был серьезный и дорогостоящий ремонт. Пока чинили — жили то у родителей на даче, то у друзей, то в своем доме. Я об этом и рассказала судебному исполнителю. Не скрывала, что одно время большую часть дома сдавали — чтобы гасить кредит перед банком.

Работники принудительного исполнения сделали свои выводы. В августе 2016 года дом описали и арестовали. Как имущество должника, на которое можно обратить взыскание.

В доме семьи даже проходило выездное судебное заседание, свидетелями были соседи. Одни говорили, что семья тут живет постоянно, с ней они общаются. Другие соседи уверяли, что коттедж пустует, третьи — что видят тут регулярно Константина. В момент заседания дом еще ремонтировали. Судья посчитала, что выглядит он непригодным для проживания. И поддержала ОПИ (отдел принудительного исполнения), посчитав доказанным, что Марина не живет в доме постоянно.

— На все документы из БРТИ, говорящие о том, что у меня нет ничего, кроме этой части дома, что это единственное принадлежащее мне жилье, никакой реакции не последовало, — вздыхает Марина.

Сложные законы

Большинство белорусов искренне верят, что единственное принадлежащее тебе жилье отобрать не могут. Выходит — ошибаются. Существует Закон «Об исполнительном производстве», к нему есть приложение — «Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам».

Не могут исполнители забрать: «Жилой дом с хозяйственными постройками или отдельные его части либо квартиру, в том числе с хозяйственными постройками, или отдельные ее части, если должник и его семья постоянно в них проживают, за исключением случаев, когда взыскивается кредит, предоставленный банком или небанковской кредитно-финансовой организацией на строительство дома или квартиры, а также реконструкцию или приобретение жилого дома (квартиры), либо когда жилой дом или квартира обременены ипотекой при условии неисполнения должником обеспеченного ипотекой обязательства».

А определение «постоянно проживают» нигде не прописано. Что считать непостоянным проживанием? Ночуешь летом на даче и ездишь оттуда на работу, все лето в квартире не появляешься — постоянно проживаешь в ней или — нет? Год пенсионерка провела за границей, где нянчила маленького внука, — так проживала постоянно в своем доме или все-таки не постоянно?

На примере этой семьи видно: трактовать можно довольно широко. Марина и Константин выехали из дома на время ремонта — суд посчитал, что Марина «постоянно не проживает». А значит, можно жилье продать в счет долгов.

Арест пытались обжаловать, но районный суд поддержал ОПИ, и городской суд жалобу отклонил. Полдома исполнители выставили на электронные торги.

Кстати, ремонт семья закончила, в дом вернулась, живет.

Как продавали дом

На объявление о первых торгах никто не откликнулся. Повторное объявление о продаже с электронных торгов появилось на сайте «БелЮрОбеспечение» в марте этого года. Лот описан просто: ½ доли в жилом доме № 19 по ул. Малофеевской, г. Минск, общей площадью 317,5 кв. м. Начальная цена 90,48 тысячи рублей. Выставлен на торги ОПИ Советского р-на г. Минска.

— О мартовском аукционе в этом году я узнал с опозданием, когда он уже состоялся. Это был повторный аукцион. Покупатель к нам не приходила, с нами не связывалась, — говорит Константин. —  Недавно мы получили письмо — хочет вселиться. Кто этот человек, который решился на покупку невыделенной доли в доме, даже не связавшись с хозяевами, можно только гадать. Либо это профессионал, который знает, как захватывать подобные дома, либо очень наивный человек, который просто соблазнился дешевизной. Покупатель — женщина, безработная, уроженка России. В любом случае это странно: купить полдома, даже не попытавшись зайти внутрь. А вдруг там пол провалился, потолок обваливается, плесень, годами нет отопления?

— В любом случае просто зайти и поселиться в нашем доме, в котором не определено, что чье, у покупателя не получится, — говорит Марина. —  Покупательнице придется готовиться к судам по разделу дома в натуре, определению, кому какие комнаты, кухня, санузел, порядок пользования. К перестройке этого дома, — читай, к затяжной и очень недешевой судебной эпопее. Ведь, например, договор на газ, воду, свет — на Константине. Счетчиков на все виды коммунальных услуг — по одному. Это дом нашей семьи, он был построен как одноквартирный…

Кстати, деньги от продажи доли дома пошли на погашение долга, за организацию аукциона и прочие расходы, связанные с изъятием и продажей имущества.

Пока семья еще надеется на то, что удастся отстоять свои права в суде. На то, что сам факт выставления на продажу единственной недвижимости, единственного жилья Марины признают незаконным. Решение ОПИ еще будут обжаловать.

REALTY.TUT.BY будет следить за развитием истории.

Читайте также

«Будет как 100 лет назад»: трехэтажное здание РОВД в Витебске переделают в особняк для одной семьи

«Завтра» — его любимое слово». Более 20 человек из разных городов хотят наказать одного строителя

Правовая ловушка: бабушка-наниматель девять лет, как умерла, но квартира на ней, коммуналку платит

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here